Челябинский Портал Защиты Животных

Драма, разыгравшаяся в конно-спортивной школе Екатеринбурга, вылилась в уголовное дело и получила широкий общественный резонанс. Воспитанники обвинили двух тренеров в жестоком обращении с животным: по их рассказам, коня Гонконга методично хлестали не только хлыстом, но и железными прутьями. Тренеры свою вину отрицают, однако в прокуратуре ее сочли доказанной. И это не единичный случай. Слово «конюшня» давно стало в российских городах синонимом пыточной камеры, а эксплуатация лошадиного труда превратилась в медленную и мучительную смерть. Зоозащитники убеждены, что необходимо принятие федерального закона о правах животных, аналогичного действующему в европейских странах. Нужен жесткий контроль соответствующей инспекции за исполнением такого закона. Но пока нет ни того, ни другого, единственная действенная мера – информирование горожан о сложившейся ситуации.

Лошадь в нашем представлении ассоциируется со степными просторами. Однако в последние годы стремительно умножается табун, разгуливающий по городским улицам и паркам, а стойлом служит какой-нибудь ржавый контейнер. Так что сказать, что их содержат из какой-то гипертрофированной любви к животным, нельзя. Напротив, содержание лошадей теми, кто приобрел их с целью извлечения прибыли, превращается в настоящий садизм. Несколько месяцев назад в Петербурге разразился скандал. Стало известно, что на территории ветеринарной академии в жутких условиях содержатся прогулочные лошади, катающие туристов на Дворцовой площади. В СМИ передали фотографии гноящихся ран на телах животных, разбитых подков. Журналисты выяснили, что лошади в академии содержатся на основании договора аренды с неким «Обществом любителей лошадей». Арендуется помещение площадью 103 квадратных метра. Рядом «любители лошадей» установили стандартный металлический контейнер. «В него в разгар холодов набивали по шесть лошадей, – рассказала сотрудник академии Мария Макеева. – Раны, которые они получают во время работы, не обрабатывают, а пытаются замаскировать под попонами. На кормах экономят».

Деятельность упомянутого общества неоднократно становилась предметом проверок, однако никаких нарушений выявлено не было. Тем не менее депутаты Законодательного собрания Игорь Риммер и Олег Сергеев обращались с запросами в различные инстанции. От губернатора Валентины Матвиенко пришел ответ, из которого следовало, что городские власти настойчиво выносят на федеральный уровень новые предложения о защите животных. Но в Москве с лошадьми свои головные боли – не до новых законов.

Эх, прокачу!

«Покатушечник» – есть у нас и такая профессия. У выхода из метро девушка держит лошадь под уздцы: «Лошадка кушать хочет. Подайте лошадке на корм», – жалобно призывает хозяйка. Но по ее внешнему виду понятно, что деньги пойдут на пиво. Измученных лошадей корреспондент «НИ» видела этим летом возле станций «Чистые пруды», «Тульская», «Беговая», «Сокольники», «Войковская», «Домодедовская»...

«Не слушайте попрошаек. Лошади, которых приводят к метро, – бизнес чистой воды, – заявила «НИ» Татьяна Журавлева, ветеринар московского общества защиты лошадей «ЭквиХелп». – Схема такая: перед началом сезона бизнесмены закупают лошадей, все лето их используют для катания отдыхающих в парках либо сдают попрошайкам напрокат, а зимой отправляют на колбасу». В «ЭквиХелпе», существующем на частные пожертвования, таких лошадей стараются спасти. Аналогичная организация – «СпасиКоня» – есть в Петербурге. Как правило, лошадям нужно серьезное лечение.

При этом привлечь «покатушечников» к ответственности можно только за жестокое обращение с животными. Но и его еще требуется доказать. К тому же, несмотря на то, что каждая лошадь должна находиться на ветеринарном учете, на практике за здоровьем прокатных лошадей никто не следит. Лошадь, на которую вы сажаете своего ребенка, может болеть лептоспирозом или бруцеллезом.

В Комитете ветеринарии Москвы признают, что недочеты в законодательстве есть, но нельзя сказать, что ситуация полностью пущена на самотек. Недавно фермерские хозяйства Подмосковья обследовали на предмет заболевания бешенством после того, как заболела лошадь в Истринском районе. Глав районных управ проинформировали о том, что при проведении мероприятий с участием животных необходимо разрешение комитета. Однако за лошадьми из частных конюшен на территории города такого контроля нет.

Материнский хвост на обед

Отчаявшись добиться помощи на государственном уровне, зоозащитники призывают горожан хотя бы подкармливать голодающих лошадей. Широко известная среди друзей четвероногих Катя Колычева разместила в своем блоге информацию о конюшнях на территории Института ветеринарной экспертизы и санитарии: «В диких условиях там находятся лошади «покатушечников». Воды у животных нет, еды, сколько раз там была, не видела. Если есть желание – пожалуйста, приходите их покормить». Конюшни на территории института действительно есть. Но покормить лошадей корреспонденту «НИ» не удалось: вход был закрыт на замок. «Не ждите, лошадей увели в город на заработки, – объяснил сотрудник ветеринарной клиники, находящейся неподалеку. – Оставляйте корм здесь, у забора…»

В феврале администрация Тамбовской области приняла решение о приобретении Новотомниковского племенного конезавода в областную собственность. Это произошло после того, как ряд СМИ рассказал о возможной гибели племенных лошадей на конезаводе в связи с его банкротством. На конезаводе осталось 109 лошадей, за которыми ухаживали шесть конюхов. Вторую зиму не было денег на покупку кормов. В январе руководство конезавода выпросило в долг 7,5 тонны овса. Давали лошадям по два килограмма в день вместо положенных 10. Но и этот овес быстро закончился. Как рассказала зоотехник Ольга Староверова, жеребятам не хватало витаминов. Они доходили до того, что жевали хвосты матерей. По инициативе прокуратуры Маршанским РОВД было возбуждено уголовное дело по статье 245 УК РФ «жестокое обращение с животными».

Другое уголовное дело по той же статье скоро будет слушаться в Екатеринбурге. Тренеры детской конно-спортивной школы Юлия Балмашева и Наталья Вяткина обвиняются в избиении коня Гонконга. Как рассказали очевидцы, Балмашева верхом, а Вяткина на корде (длинном поводке) сначала гоняли его в манеже, затем перешли на поле, где избили хлыстом и металлическим прутом. В результате Гонконг получил тяжелые травмы: воспаление глаза, рваные раны на груди, шее, между передних ног, сильный болевой шок. Тренеры свою вину отрицают, объясняя, что их оговорили за поддержку прежнего директора школы. Однако увечья коня были зафиксированы на фотокамеру. Мало того, дети и их родители говорят, что их лошадок избивали систематически.

«Хочешь врезать – врежь себе»

Лошадь не застрахована от истязаний нигде – ни на улице, где развлекает за деньги прохожих, ни в манеже, где с ней работает, казалось бы, квалифицированный специалист.

«Есть настоящая выездка, широко представленная в мире Венской, Сомюрской и Королевской Андалузской школами, школами барона Нейдорфа и гениальных французов Марио Люраши и братьев Грюссов, – поясняет журналист и экс-депутат, а в последние годы большой фанат лошадей Александр Невзоров. – И есть спортивная выездка. Все, что связано со спортом, калечит лошадей и физически, и психически. Надо в этом честно сознаться. Точнейшим образом сформулировал ситуацию в спорте Пат Парелли: если бы спортивные лошади были людьми, все они давно оказались бы в сумасшедшем доме. Пройдитесь по спортивным конюшням – вы не найдете ни одной психически нормальной лошади. В классической выездке есть принцип, строжайший и святой: лошадь никогда и ни за что нельзя наказывать. Захочется врезать прутиком – врежь себе».

Но в том-то и дело, что между нами и лошадьми встает некий психологический барьер, не дающий нам признать их равными себе. «Животное – это имущество, большинство относится к ним именно так, – говорит главный санитарный инспектор Санкт-Петербурга Юрий Андреев. – Это аналог телевизора, стула, машины. Поэтому хозяин считает себя вправе делать со своим животным что угодно. В 2008 году у нас в городе было восемь тысяч обращений по поводу усыпления животных. В шести тысячах случаев речь шла о больных или старых животных, но две тысячи на усыпление принесли абсолютно здоровых и молодых животных. Нужен закон, выводящий животных из понятия имущества».

Зоозащитники же к сложившемуся положению относятся радикальнее. По мнению активистов организации «СпасиКоня», необходима сильная действующая законодательная база. Вполне возможно, закон должен запретить содержание лошади в городе частным лицам. Во-вторых, должна появиться государственная инспекция, которая бы контролировала исполнение законов. Но самое главное и первоочередное – люди должны получать информацию о нарушении прав лошадей и иметь возможность на нее реагировать.

Источник: http://www.newizv.ru/news/2009-08-11/113067/